Судебная практика: Обзор судебной практики Международного арбитражного суда при Белорусской торгово-промышленной палате (дело № 221/43-99). Ненадлежащее исполнение обязательств по договору поставки (международной купли-продажи товаров)



ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ МЕЖДУНАРОДНОГО АРБИТРАЖНОГО СУДА ПРИ БЕЛОРУССКОЙ ТОРГОВО-ПРОМЫШЛЕННОЙ ПАЛАТЕ (ДЕЛО № 221/43-99). НЕНАДЛЕЖАЩЕЕ ИСПОЛНЕНИЕ ОБЯЗАТЕЛЬСТВ ПО ДОГОВОРУ ПОСТАВКИ (МЕЖДУНАРОДНОЙ КУПЛИ-ПРОДАЖИ ТОВАРОВ)



Истец: латвийско-французское совместное предприятие общество с ограниченной ответственностью «А» (Латвийская Республика)

Ответчик: иностранное предприятие «Б» (Республика Беларусь)

Предмет спора: ненадлежащее исполнение обязательств по договору поставки (международной купли-продажи товаров)

Применимое право: гражданское законодательство Латвийской Республики

Состав арбитражного суда: коллегиальный (два арбитра и арбитр-председатель)

Дата вынесения решения: 31 января 2000 г.

Комментарий к решению

1. Подтверждение контракта, совершенного с использованием факсимильной связи, тождественным ему контрактом, оформленным в виде единого документа с оригинальными подписями и печатями сторон, приводит к признанию составом суда действительности контракта с момента обмена факсовыми документами.

2. В случае частичной оплаты поставленного по договору поставки (международной купли-продажи) товара покупатель обязан оплатить полную стоимость поставленного ему товара.

3. Неточность наименования институционального арбитражного органа при Белорусской торгово-промышленной палате не влияет на подсудность спора Международному арбитражному суду при БелТПП, так как при Белорусской торгово-промышленной палате существует только один институциональный арбитражный орган.

4. Наличие ломаной арбитражной оговорки предоставляет право истцу выбрать институциональный арбитражный орган по своему усмотрению.

5. В случае если предложение истца о рассмотрении спора единоличным арбитром при отсутствии указания на это в контракте не принимается ответчиком, спор подлежит рассмотрению коллегиальным составом в количестве 3 арбитров.

6. Если в момент подписания сторонами внешнеэкономического договора Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров не входила в систему действующего национального законодательства, применимого в силу коллизионных норм при разрешении спора, рассматривающий дело состав суда не вправе применять ее к отношениям сторон по контракту.

7. При отсутствии в национальном применимом праве порядка начисления и размера законных процентов за пользование чужими денежными средствами указанные проценты не могут быть взысканы с ответчика.

Решение

Международный арбитражный суд при Белорусской торгово-промышленной палате, рассмотрев в г.Минске в помещении Международного арбитражного суда (ул.Я.Коласа, 65, к.18) на заседании, которое состоялось 14 января 1999 г., дело № 221/43-99 по иску латвийско-французского совместного предприятия ООО »А» (Латвийская Республика) к иностранному предприятию фирма «Б» (Республика Беларусь) о взыскании 34 004,98 немецких марок,



установил:



В исковом заявлении латвийско-французское совместное предприятие ООО «А» (в дальнейшем - ООО «А») указывает, что между ним и иностранным предприятием фирмой «Б» (в дальнейшем - фирма «Б») был заключен контракт от 2 июня 1998 г. Контракт был заключен посредством факсимильной связи, а затем оформлен на бумаге с оригинальными подписями и печатями сторон. В соответствии с условиями контракта (п.2.1) и приложением 1 к контракту ООО «А» (продавец) обязалось поставить автомобильным транспортом на склад фирмы «Б» (покупатель) 2 упаковки (400 л) клея контактного SBR-Spray 2123 на сумму 2080,00 немецкой марки, 14 упаковок (280 л) клея контактного SBR-Spray 2126 на сумму 1534, 40 немецкой марки, 87 упаковок (17 400 л) клея контактного SBR-Spray 2126 на сумму 90 480,00 немецких марок, в дальнейшем «товар», на общую сумму 94 094,40 немецкой марки. Поставка товара должна была осуществляться по требованию покупателя, в ассортименте и количестве, устанавливаемом в соответствии с заявкой покупателя и отражаемом в счете. Согласно п.7.1 контракта валютой контракта считалась немецкая марка. Допускалась оплата в другой валюте или в белорусских рублях по курсу банка продавца на день платежа по реквизитам, указанным в письменной инструкции продавца (п.7.3).

Ссылаясь на приложенные к исковому заявлению международные товарно-транспортные накладные (CMR), ООО «А» заявляет, что оно надлежащим образом исполняло свои обязательства и поставило в адрес фирмы «Б» 49 упаковок (7280 л) клея контактного SBR-Spray 2126 на сумму 37 934,40 немецкой марки. Поставленный товар, тем не менее, в полном объеме оплачен не был. По мнению ООО «А», после перечисления фирмой «Б» 24.07.1998 суммы 5816,23 долларов США, что по курсу Банка Латвии составляет эквивалент 10 400,00 немецких марок, в оплату счета от 19.06.1998 основной долг фирмы «Б» составил 27 534,40 доллара США.

ООО «А» указывает, что согласно п.7.1 контракта оплата производится по факту поставки товара, но не позднее 5 суток, считая от даты поставки товара. В случае несвоевременной оплаты товара покупатель уплачивает в пользу продавца штраф в размере 0,3% от стоимости поставленного товара за каждые сутки опоздания, но не более 20% стоимости. Поскольку платеж по остальным счетам до настоящего времени не произведен, то размер штрафных санкций составил 5506,88 немецкой марки. Кроме того, ООО «А» просит взыскать с фирмы »В» проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 963,70 немецкой марки.

Таким образом, ООО «А» в исковом заявлении просит взыскать с фирмы «Б» в свою пользу основной долг в размере 27 534,40 немецкой марки, штрафные санкции в размере 5506,88 немецкой марки, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 963,70 немецкой марки, а также арбитражные расходы.

Подсудность споров, возникающих из контракта от 2 июня 1998 г., предусмотрена в арбитражном соглашении, содержащемся в п.11 контракта. В нем, в частности, указано, что «спорные вопросы, вытекающие из настоящего контракта (или в связи с ним), должны быть переданы на рассмотрение в арбитражный суд Республики Беларусь или Латвийской Республики, на усмотрение истца».

Подсудность данного дела Международному арбитражному суду при Белорусской торгово-промышленной палате у рассматривающего дело состава суда не вызывает сомнений, сторонами она не оспаривается. При определении компетентного суда и решении вопроса о подсудности спора должна иметь значение истинная воля сторон. В этом случае очевидным является тот факт, что при заключении арбитражного соглашения волеизъявление сторон было направлено именно на рассмотрение спора постоянно действующим арбитражным органом на территории Республики Беларусь или Латвийской Республики. Следовательно, арбитражное соглашение содержит ссылку на альтернативную подсудность, т.е. с некоторой неточностью в наименовании указывает на одновременную компетенцию двух судов - Международного арбитражного суда при Белорусской торгово-промышленной палате и Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Латвийской Республики. Допущенная неточность в наименовании судов не имеет существенного значения. В момент заключения контракта на территории Республики Беларусь существовал и имеется в настоящее время лишь один арбитражный орган, который рассматривает экономические споры, вытекающие из внешнеэкономических сделок и его точное наименование - Международный арбитражный суд при Белорусской торгово-промышленной палате. Арбитражная оговорка дает право выбора суда истцу. Истец - ООО «А» - воспользовался этим правом и обратился в Международный арбитражный суд при БелТПП.

Истцом в рассматриваемом споре является латвийско-французское совместное предприятие ООО «А», юридическое лицо, созданное в соответствии с законодательством Латвийской Республики и представленное лицом, имеющим полномочия в силу доверенности от 15 сентября 1999 г. (имеется в материалах дела).

Ответчик, иностранное предприятие фирма «Б» представляет собой юридическое лицо, созданное в соответствии с законодательством Республики Беларусь.

В заключенном сторонами контракте вопрос о применимом праве разрешения не получил. В силу части второй ст.50 Регламента МАС, если стороны не указали право, которое подлежит применению, состав третейского суда выносит решение на основании закона, определенного в соответствии с теми коллизионными нормами, которые он считает надлежащими. Рассматривающий дело состав суда считает надлежащим применение закона, определенного гражданским правом страны арбитража (lex loci arbitri). В соответствии со ст.561 Гражданского кодекса Республики Беларусь, в редакции от 3 марта 1994 г., суд считает применимым законодательство Латвийской Республики.

Республика Беларусь с 1 ноября 1990 г., а Латвийская Республика с 1 августа 1998 г. являются участниками Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров (Вена, 1980) (далее - Венская конвенция). Поскольку в момент подписания контракта сторонами Венская конвенция не входила в систему действующего латвийского законодательства, применимого в силу коллизионных норм при разрешении спора, рассматривающий дело состав суда не вправе применять ее к отношениям сторон по контракту.

Действующая арбитражная оговорка не содержит сведений, устанавливающих количественный состав суда. В исковом заявлении истец предложил ответчику рассмотреть спор единоличным арбитром и указал его кандидатуру. Тем не менее, поскольку предложение истца не получило надлежащего удовлетворения, спор должен быть рассмотрен коллегиальным составом, т.е. 3 арбитрами. Рассматривающий дело коллегиальный состав считает, что при назначении конкретных лиц в качестве арбитров и выборе арбитра-председателя нормы действующего Регламента Международного арбитражного суда (МАС) были соблюдены в полном объеме.

В судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования относительно взыскания с ответчика в пользу истца основного долга в размере 27 534,40 немецкой марки, штрафных санкций в размере 5506,88 немецкой марки, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 963,70 немецкой марки.

Ответчик в судебное заседание не явился, в связи с чем истцом было заявлено ходатайство о рассмотрении дела в отсутствии неявившегося ответчика. В материалах дела находятся почтовые извещения от 9 ноября и 14 декабря 1999 г., свидетельствующие о том, что ответчик должным образом уведомлен об арбитражном разбирательстве и времени и месте его проведения. Учитывая данное обстоятельство, а также то, что ответчик не представил доказательств уважительности причин своего отсутствия, состав суда считает возможным применить правила ст.43 Регламента МАС и рассмотреть дело в отсутствие ответчика.

Заслушав представителя истца, а также изучив имеющиеся в материалах дела письменные доказательства, состав суда считает установленным следующее.

Материалами дела подтверждается утверждение истца о том, что между истцом и ответчиком 2 июня 1998 г. был заключен контракт, по условиям которого (приложение 1 имеется в материалах дела) истец принял на себя обязательство в период с 4 июня по 31 декабря 1998 г. осуществить поставку автомобильным транспортом на склад ответчика 2 упаковки (400 л) клея контактного SBR-Spray 2123 на сумму 2080,00 немецкой марки, 14 упаковок (280 л) клея контактного SBR-Spray 2126 на сумму 1534,40 немецкой марки, 87 упаковок (17 400 л) клея контактного SBR-Spray 2126 на сумму 90 480,00 немецкой марки, а всего товара на общую сумму 94 094,40 немецкой марки.

Ответчик также принял на себя ряд обязательств, в том числе производить оплату по факту поставки товара, но не позднее 5 суток, считая от даты поставки товара, и в случае несвоевременной оплаты товара уплатить в пользу истца штраф в размере 0,3% от стоимости поставленного товара за каждые сутки опоздания, но не более 20% стоимости (п.7.1 контракта).

Фактически истец осуществил поставку в адрес ответчика 49 упаковок (7280 л) клея контактного SBR-Spray 2126 на сумму 37 934,40 немецкой марки. Данное обстоятельство подтверждается имеющимися в материалах дела железнодорожными накладными:

№ 001276 - 2 упаковки общим весом 400 литров по цене 5,20 ДМ за литр на сумму 3614,40 немецкой марки и 14 упаковок общим весом 280 литров по цене 5,48 ДМ за литр на сумму 1534,40 немецкой марки, а всего на сумму 3614,40 немецкой марки;

№ 001287 - 10 упаковок общим весом 2000 литров по цене 5,20 ДМ за литр на общую сумму 10 400,00 немецкой марки;

№ 001315 - 10 упаковок общим весом 2000 литров по цене 5,20 ДМ за литр на общую сумму 10 400,00 немецкой марки;

№ 037202 - 13 упаковок общим весом 2600 литров по цене 5,20 ДМ за литр на общую сумму 13 520,00 немецкой марки.

Состав суда отмечает, что при осуществлении поставок истец не отступил от согласованного в контракте ассортимента и количества. В силу п.6.2 контракта передача истцом и приемка ответчиком товара производится согласно ассортименту и количеству, указанному в товаросопроводительном документе CMR (International Road Consignment Note). Ответчик в момент исполнения поставки не заявил никаких претензий относительно имеющегося ассортимента и количества, не отказался от исполнения, предложенного истцом, и принял товар. В последствии в протоколе от 29.10.1998 за подписью генерального директора ответчика и в сверке взаиморасчетов на 01.01.1999, подписанной его главным бухгалтером (имеются в материалах дела), ответчик признает оставшуюся после частичной оплаты сумму основного долга в размере 27 534,40 немецкой марки. В этой связи состав суда считает надлежащим образом доказанным согласованную поставку товара в количестве 49 упаковок общим весом 7280 литров на общую сумму 37 934,40 немецкой марки.

Согласно банковской выписки от 05.08.1998 (имеется в материалах дела) 24.07.1998 ответчиком перечислено в оплату счета № 126 от 19.06.1998 только 5816,23 доллара США. Валютный курс Банка Латвии на день осуществления платежа № 15-08.8/12 составлял 1 USD за 0, 599 LVL и 1 DEM за 0,335 LVL (письмо от 18.01.2000 Банка Латвии имеется в материалах дела). Стало быть, ответчиком перечислено только 10 400 немецких марок и его основной долг составляет 27 534,40 немецкой марки. В протоколе от 29.10.1998 и в сверке взаиморасчетов на 01.01.1999 ответчик фактически признал за собой обязанность оплатить оставшуюся сумму задолженности, и, следовательно, он не оспаривает ее ни по размеру, ни по основанию.

Согласно п.7.1 контракта оплата производится по факту поставки товара, но не позднее 5 суток, считая от даты поставки. В случае несвоевременной оплаты товара покупатель уплачивает в пользу продавца штраф в размере 0,3% от стоимости поставленного товара за каждые сутки опоздания, но не более 20% стоимости. Поставки были произведены 4 и 8 июня, 27 июля и 24 августа 1998 г. Следовательно, ответчик должен был осуществить оплату соответственно не позднее 9 и 13 июня, 1 и 29 августа 1998 г. Так как поставленный по контракту товар ответчиком оплачен лишь частично в сумме, эквивалентной 10 400 немецких марок по первой поставке (счет № 126 имеется в материалах дела), а по остальным поставкам оплата до настоящего времени не произведена, то он считается просрочившим обязательство по оплате. На момент рассмотрения материалов дела отсутствуют письменные доказательства того, что ответчик полностью выполнил свою обязанность по оплате всей суммы основного долга, и в этой связи состав суда считает правомерным требование истца о взыскании штрафных санкций и обоснованным прилагаемый к исковому заявлению расчет суммы пени (имеется в материалах дела) в размере 5506,88 немецкой марки.

Что касается требования истца о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 963,70 немецкой марки, то состав суда не находит оснований для его удовлетворения. Истец обосновывает свое требование ссылкой на ст.78 Венской конвенции и ст.1788 Гражданского закона Латвийской Республики. Однако по вышеуказанным причинам Венская конвенция не применима к рассматриваемым отношениям. В силу же ст.1788 Гражданского закона Латвийской Республики в случае не уплаты в срок денежных долгов кредитор может потребовать в качестве возмещения за упущенную прибыль лишь законные проценты, если только он не может определенно доказать, что понесенные им убытки превышают сумму этих процентов. Учитывая, что указанной статьей не предусмотрены размер и порядок начисления законных процентов, следует обращаться к специальным нормам латвийского законодательства, регулирующего данные вопросы. Тем не менее истец не представил доказательств наличия таких специальных норм и, следовательно, не доказал наличие оснований для взыскания с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами.

На основании ст.70 Регламента Международного арбитражного суда при Белорусской торгово-промышленной палате с ответчика подлежат взысканию также понесенные истцом расходы по уплате арбитражного сбора в сумме 1334,25 доллара США. Другие материальные требования истцом на момент рассмотрения дела заявлены не были.

Ответчик не представил суду своих объяснений по существу заявленных к нему требований, ни каких-либо доказательств отсутствия своей вины в неисполнении обязательств перед истцом либо оспаривающих требование истца по другим основаниям. Руководствуясь ст.27 Регламента, состав суда обеспечил каждому из участников настоящего дела равные возможности для защиты своих прав. Ответчик не воспользовался этой возможностью, поэтому суд разрешает спор на основе доказательств, представленных истцом.


На основании изложенного и руководствуясь ст.561 Гражданского кодекса Республики Беларусь, в редакции от 3 марта 1994 г., ст.2021 Гражданского закона Латвийской Республики и п.8.1 контракта от 02.06.1998, заключенного в г.Рига, а также ст.3, 5, 26-27, 42-44, 49-50, 52 и 70 Регламента Международного арбитражного суда при Белорусской торгово-промышленной палате, состав суда



решил:



Иск удовлетворить частично. Взыскать с иностранного предприятия фирмы «Б» (Республика Беларусь) в пользу латвийско-французского совместного предприятия ООО «А» (Латвийская Республика) 27 534,40 немецкой марки основного долга, пеню в размере 5506,88 немецкой марки и 1334,25 доллара США в возврат арбитражного сбора, а всего 33 041,28 (тридцать три тысячи сорок одна и двадцать восемь сотых) немецкой марки и 1334,25 (одна тысяча триста тридцать четыре и двадцать пять сотых) доллара США.

В остальной части иска отказать.