Судебная практика: Начало срока просрочки исполнения обязательства

Судебная практика: Начало срока просрочки исполнения обязательства при взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами

      НАЧАЛО СРОКА ПРОСРОЧКИ ИСПОЛНЕНИЯ ОБЯЗАТЕЛЬСТВА ПРИ ВЗЫСКАНИИ          ПРОЦЕНТОВ ЗА ПОЛЬЗОВАНИЕ ЧУЖИМИ ДЕНЕЖНЫМИ СРЕДСТВАМИ                               Фабула дела          В  2002  г. между УП «С» (по договору - генподрядчик) и ОДО «П»  (по  договору  -  субподрядчик)  был  заключен договор субподряда на  выполнение комплекса работ. При оформлении сдачи-приемки выполненных  работ   генподрядчик  отказался  от  подписания  акта  сдачи-приемки  выполненных  работ  и  оплаты их части, мотивируя отказ ненадлежащим  выполнением   со   стороны   субподрядчика  обязательств  по  объему  выполняемых  работ. В 2004 г. субподрядчик обратился в хозяйственный  суд  с  иском  о  взыскании  задолженности  за  выполненные  работы.  Хозяйственным  судом  вынесено решение о взыскании с УП «С» в пользу  ОДО  «П»  задолженности  за выполненные и переданные работы согласно  договору  общего подряда. УП «С» до вступления вынесенного решения в  законную  силу  оплатило сумму основного долга, указанную в судебном  решении.       В  2005 г. между ОДО «П» и ООО «Г» был заключен договор уступки  права  требования с УП «С» процентов за пользование чужими денежными  средствами   и   пени   согласно  действующему  законодательству.  В  заключенном   договоре  стороны  установили,  что  право  требования  переходит к ООО «Г» в полном объеме в момент заключения договора. На  основании  заключенного  договора  ООО  «Г»  обратилось  с  иском  о  взыскании  пени, предусмотренной п.58 Правил заключения и исполнения  договоров    (контрактов)    строительного   подряда,   утвержденных  постановлением  Совета  Министров  РБ  от 15.09.1998 № 1450 (далее -  Правила).                           Позиция истца          В  обоснование  заявленных исковых требований истец ссылался на  вступившее  в  законную  силу  решение  суда о взыскании с ответчика  основной  суммы  задолженности  по  договору  субподряда. В качестве  обоснования  расчета  периода  просрочки исполнения обязательства по  оплате   выполненных   работ   истец   ссылался  на  условия  пункта  заключенного  договора  субподряда,  согласно  которому ответчик был  обязан  произвести  окончательный расчет за выполненные работы после  подписания   акта   о   стоимости  выполненных  работ.  Иных  сроков  исполнения обязательства по окончательной оплате работ в договоре не  содержалось.  Истец  сослался  на следующий факт установления в ходе  первого  судебного заседания по взысканию суммы основного долга: акт  сдачи-приемки  выполненных работ был оформлен 12 октября 2002 г. При  расчете  суммы  пени  в качестве даты начала течения срока просрочки  исполнения обязательства истцом была указана дата - 1 ноября 2002 г.  Датой  окончания  периода  просрочки истцом признавалась дата оплаты  ответчиком  суммы  основного  долга  после  вынесенного  решения  по  первому судебному спору.                         Позиция ответчика          Ответчик  не  признал  заявленные требования в полном объеме по  следующим основаниям.       По   мнению   ответчика,   истцом  было  неправомерно  заявлено  требование   о   взыскании  пени,  предусмотренной  п.58  Правил.  В  обоснование  данной  позиции   ответчик   ссылался   на   требования   части  второй   ст.106  Хозяйственного  процессуального  кодекса  РБ   (далее  -  ХПК),  согласно  которым  обстоятельства,   установленные   вступившим  в  законную  силу  судебным  постановлением   по   ранее   рассмотренному делу, не подлежат  доказыванию вновь при рассмотрении   хозяйственным судом другого дела, в котором участвуют те же лица или   их правопреемники. При этом ответчик указал  на  вступившее  в  силу   решение хозяйственного суда, в  котором  указывалось, что стороны по   договору вступили в правоотношения  в  сфере общего  подряда.  Таким   образом, по мнению ответчика,  требования Правил не распространяются   на правоотношения, возникшие в рамках заключенного  договора  общего    подряда.  При заключении  договора общего подряда  сторонами не была   установлена ответственность за несвоевременную  оплату произведенных   работ. По указанным основаниям ответчик просил  суд отказать истцу в   полном объеме  в удовлетворении заявленного  требования  о взыскании   пени согласно п.58 Правил.       Истец  в  свою очередь заявил ходатайство об изменении предмета  исковых  требований  и  просил  суд взыскать с ответчика проценты за  пользование  чужими  денежными  средствами  согласно  ст.366  ГК  за  аналогичный  с  неустойкой период. Заявленное ходатайство судом было  удовлетворено.       Ответчик  в своем возражении по существу требования о взыскании  процентов   указал,   что  истцом  не  представлено  суду  правового  обоснования  и  доказательств  применения  в качестве начала течения  срока  просрочки  даты  1  ноября  2002 г. При этом ответчик обратил  внимание суда на тот факт, что договор не содержит конкретного срока  исполнения   ответчиком   обязательства   по   окончательной  оплате  выполненных   работ,   а   значение   слова   «после»   не  означает  «непосредственно  на  следующий  день»  с  момента  подписания  акта  сдачи-приемки  выполненных  работ.  В связи с недоказанностью начала  исчисления   периода  просрочки  исполнения  обязательства  ответчик  просил суд отказать в иске в полном объеме.       В  судебном  заседании в качестве обоснования заявленного срока  истец  ссылался  на  требования  части  второй  ст.295  ГК, согласно  которым  в  случаях, когда обязательство не предусматривает срок его  исполнения  и не содержит условий, позволяющих определить этот срок,  оно  должно  быть  исполнено  в  разумный  срок  после возникновения  обязательства.  Обязательство,  не  исполненное  в  разумный срок, а  равно обязательство, срок которого определен моментом востребования,  должник  обязан  исполнить  в  7-дневный  срок  со  дня предъявления  кредитором письменного требования о его исполнении, если обязанность  исполнения  в  другой  срок  не  вытекает  из акта законодательства,  условий   обязательства   или  существа  обязательства.  В  качестве  доказательств  получения  ответчиком  письменного  требования  истец  представил суду уведомление об уступке права требования.       В  целях конкретизации ситуации и более детального рассмотрения  обстоятельств спора считаем необходимым изложить хронологию развития  событий, предшествующих возникновению как первого спора по взысканию  основного   долга,   так  и  второго  судебного  разбирательства  по  взысканию пени.       Как уже указывалось выше, УП «С» (по договору - генподрядчик) и  ОДО «П» (по договору - субподрядчик) был заключен договор субподряда  на  выполнение  комплекса работ. Акт сдачи-приемки выполненных работ  был  оформлен  12  октября  2002 г., а исковое заявление о взыскании  суммы  основного долга было подано в суд субподрядчиком лишь в конце  2004  г.  На  протяжении  почти  двух  лет ОДО «П» фактически трижды  уступало   различным   субъектам   хозяйствования  право  требования  задолженности  с  УП  «С».  Существенной деталью, на наш взгляд, при  совершении  сделок  по  уступке  права требования является следующее  обстоятельство:  после  заключения договора уступки права требования  первоначальный  кредитор направлял должнику уведомление о том, что с  определенной  даты  (даты заключения договора уступки права) должник  обязан   исполнить   свое   обязательство  новому  кредитору.  Перед  обращением  с иском в суд все договоры уступки права требования были  расторгнуты   и   стороны  были  возвращены  в  свое  первоначальное  положение.  Именно уведомления об изменении стороны в обязательстве,  направленные   в  адрес  ответчика,  были  представлены  в  качестве  доказательств  письменного требования об исполнении обязательства по  оплате задолженности за выполненные работы.       Ответчик в свою очередь высказал следующие возражения по поводу  представленных  доказательств.  Из смысла представленных уведомлений  вытекало,  что данные документы носят лишь информационный характер и  не   могут   рассматриваться  как  требование  об  оплате  долга.  В  подтверждение  данного обстоятельства ответчик обратил внимание суда  на тот факт, что все уведомления направлялись именно первоначальными  кредиторами после  подписания  договора  уступки  права  требования,   т.е. стороной, фактически  утратившей  право  требования  исполнения  обязательства в связи с совершением сделки уступки права требования.                            Позиция суда          Решением   суда   первой   инстанции   истцу  было  отказано  в  удовлетворении  заявленных  исковых  требований  в  полном объеме по  следующим основаниям.       По  мнению  суда,  истец не подтвердил начало периода просрочки  никакими  ссылками на условия заключенного договора подряда, который  является    основным    документом,    регламентирующим    возникшие  взаимоотношения  участников  сделки.  Заявление  истца  о надлежащем  предъявлении требований об оплате должником суммы основного долга по  выполненным  субподрядчиком работам посредством заключения договоров  уступки  прав требования между первоначальным  кредитором и третьими  лицами  также не принято судом во внимание, так как, по мнению суда,  совершение  сделки  и  заявление какого-либо требования о совершении  определенных   действий  являются  совершенно  различными  правовыми  понятиями.  Кроме  того,  в мотивировочной части вынесенного решения  судом  указывалось,  что  истцом  при  заключении  договора  уступки   права   требования  допущены  нарушения  требований    постановления   Президиума  ВХС  РБ  от 21.04.2001 № 7 «Об обзоре судебной  практики   рассмотрения споров,  возникающих  в  связи  с  уступкой  требования    (цессией)  и  переводом  долга»,  согласно  п.1  которого  одним  из   оснований   уступки   права   требования  является   договор   между    первоначальным  и новым кредитором,  в  котором  стороны  определяют   объем передаваемого права, а  также  порядок  его перехода.  Договор   уступки права требования, заключенный между истцом и  первоначальным    правообладателем,  не   содержал  конкретизации  объема  переданного   права.                   Позиция апелляционной инстанции          Истец   не  согласился  с  вынесенным  судом  первой  инстанции  решением  и  обратился с жалобой в апелляционную инстанцию. В жалобе  помимо  ссылок,  перечисленных  в  исковом заявлении и дополнениях к  нему,  указал,  что в материалах дела имеется почтовое уведомление о  вручении   ответчику   копии  искового  заявления  и  определения  о  возбуждении   производства   по  взысканию  суммы  основного  долга,  которое, по мнению истца, также может рассматриваться как требование  об исполнении обязательства.       Апелляционная   инстанция,   а   впоследствии   и  кассационная  инстанция,  согласилась  с  доводами  истца  и отменила решения суда  первой  инстанции.  Согласно  постановлению апелляционной инстанции,  оставленному   в   силе   кассационной  инстанцией,  суду  следовало  рассматривать  факт  получения ответчиком копии искового заявления и  определения  о  возбуждении  производства  по делу о взыскании суммы  основного    долга   как   письменное   требование   об   исполнении  обязательства,   соответствующее   части  второй  ст.295  ГК.  Таким  образом, началом срока исчисления просрочки необходимо считать дату,  следующую  по  истечении  7  календарных  дней  после даты получения  ответчиком определения суда и копии иска.                           Мнение автора          На  наш  взгляд, определение суда о возбуждении производства по  заявлению  о  взыскании основного долга не может рассматриваться как  письменное  требование,  о котором упоминается в части второй ст.295  ГК, по следующим причинам.       Порядок  принятия  искового  заявления  установлен  ст.161 ХПК.  Кроме   того,   исходя   из  требований,  установленных  гл.22  ХПК,  определение  суда  является процессуальным документом и направляется  ответчику  судом,  т.е.  независимой  стороной,  не  имеющей никакой  прямой  либо косвенной заинтересованности, вытекающей из заключенной  сторонами  сделки.  Иными  словами,  с  момента направления искового  заявления в суд участники сделки становятся сторонами процессуальных  правоотношений,  регулируемых  ХПК.  Именно  по этой причине, на наш  взгляд,   нельзя   рассматривать  определение  о  принятии  искового  заявления   и   возбуждении  производства  по  делу  как  письменное  требование  об  исполнении обязательства. Однако правоприменительная  практика,  подтвержденная  вступившими  в  силу  постановлениями как  апелляционной, так и кассационной инстанций, идет по иному пути.     13.01.2006 г.     Юрий Проданец, юрист     Журнал «Главный Бухгалтер. ГБ» № 2, 2006 г.     Для более детального изучения см.: Комментарий     От  редакции: С 3  ноября  2006 г. в  Гражданский  кодекс Республики  Беларусь  от 07.12.1998  №  218-3  на  основании  Закона  Республики  Беларусь от 20.07.2006 № 160-З внесены изменения и дополнения.