Помощь: О возможности признания ничтожными сделок, запрещенных

Помощь: О возможности признания ничтожными сделок, запрещенных законодательством

               О ВОЗМОЖНОСТИ ПРИЗНАНИЯ НИЧТОЖНЫМИ СДЕЛОК,                     ЗАПРЕЩЕННЫХ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ           Указ  Президента  РБ  от 15.08.2005 № 373 «О некоторых вопросах  заключения   договоров   и  исполнения  обязательств  на  территории  Республики Беларусь»  (далее  -  Указ  № 373)  запретил с 1 сентября   2005 г. по 31  декабря 2008 г. совершение  договоров  мены,  а также  прекращение   обязательств   по   возмездным   договорам   новацией,  предоставлением  взамен  отступного  без поступления в установленном  порядке  денежных  средств  (за  рядом  исключений,  предусмотренных  данным  Указом).  Кроме  того,  Указ  №  373  ограничил  иные  формы  прекращения  обязательств  без  поступления  в установленном порядке  денежных   средств   путем  введения  предельных  нормативов  такого  прекращения обязательств.       Указом   №   373   также   предусмотрена   ответственность   за  неисполнение  или  ненадлежащее исполнение руководителем организации  или  индивидуальным  предпринимателем  установленных  ограничений, а  именно: на таких лиц налагается штраф в размере 30 базовых величин.       В связи с изложенным возникает вопрос: признаются ли ничтожными  сделки, запрещенные или ограниченные к применению Указом № 373?       К  сожалению,  ответ  на данный вопрос не содержится ни в самом  Указе  №  373,  ни в принятом 23 ноября 2005 г. постановлении Совета  Министров  РБ  №  1317 «Об отдельных вопросах заключения договоров и  исполнения  обязательств на территории Республики Беларусь», которое  должно   было   разъяснить   все   (или  большинство)  «неоднозначно  понимаемые» положения Указа № 373.       При   этом  к  сделкам,  запрещенным  Указом  №  373,  возможно  применение  положения  ст.170  Гражданского кодекса РБ (далее - ГК),  согласно  которой  совершение сделки, запрещенной законодательством,  влечет   ее   ничтожность.  Напомним,  что  при  совершении  сделки,  запрещенной  законодательством,  и при наличии умысла у обеих сторон  такой  сделки  в  случае  исполнения сделки обеими сторонами в доход  Республики  Беларусь  взыскивается все полученное ими по сделке, а в  случае  исполнения  сделки  одной  стороной  с другой взыскивается в  доход  Республики  Беларусь  все полученное ею и все причитающееся с  нее первой стороне (возмещение полученного). При наличии умысла лишь  у  одной  из  сторон такой сделки все полученное ею по сделке должно  быть   возвращено   другой  стороне,  а  полученное  последней  либо  причитавшееся  ей  в  возмещение  исполненного  взыскивается в доход  Республики Беларусь.       При  этом,  по нашему мнению, сделки, ограниченные к применению  Указом № 373, необходимо рассматривать именно как запрещенные сделки  (ст.170  ГК),  а  не  как  сделки, в случае совершения которых можно  говорить  о  том,   что  они   не   соответствуют   законодательству   (ст.169 ГК),  поскольку в подп.1.1  п.1   Указа   №   373   напрямую  предусматривается,  что организации и индивидуальные предприниматели  не имеют права совершать указанные сделки, а следовательно, в случае  их  совершения они нарушают запрет, установленный законодательством,  а    не   «просто»    не    соблюдают   одного  из   предусмотренных   законодательством положения.       Хотя  применительно  к  иным,  по сравнению с договором мены, с  новацией, отступным, формам прекращения обязательств без поступления  в   установленном  порядке  денежных  средств, в  отношении  которых  установлены  предельные  нормативы  прекращения  таких обязательств,  можно занять и иную позицию, обосновывая ее тем, что законодатель не  запретил  таких  сделок,  а лишь ограничил их применение. Однако, по  нашему суждению, и в последнем случае речь необходимо вести именно о  запрещенных  законодательством  сделках в силу того, что и указанные  виды  сделок  (в  части,  превышающей предельные нормативы) не имеют  права быть совершенными.       На  это  же  указывает  и  п.7  постановления  Пленума  ВХС  РБ   от 28.10.2005 № 26  «О некоторых  вопросах применения хозяйственными  судами  законодательства,  регулирующего  недействительность сделок»  (далее   -   Постановление   №  26).  Согласно  данному  пункту  для  установления  факта  ничтожности   сделки  по основанию,  указанному   в ст.170  ГК,  необходимо   наличие   прямого  запрета  по  существу  обязательств  - предмету, субъективному составу, условиям совершения  сделки, что и наблюдается в рассматриваемой ситуации.       При этом, конечно же, последствия недействительности сделки, не  соответствующей  законодательству,  «менее тяжкие» для сторон сделки  по  сравнению  с последствиями недействительности сделки, совершение  которой запрещено законодательством. А именно в силу п.2 ст.168 ГК в  первом случае при недействительности сделки каждая из сторон обязана  возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности  возвратить  полученное  в  натуре  (в  т.ч.  тогда, когда полученное  выражается   в   пользовании   имуществом,  выполненной  работе  или  предоставленной услуге) - возместить его стоимость в деньгах.       Таким    образом,   последствием   недействительности   сделки,  определенной  в   ст.169   ГК,   является  двусторонняя  реституция,    а сделки, указанной в ст.170 ГК, - гражданско-правовая конфискация.       Если следовать буквальному толкованию норм Указа № 373 и ГК, то  в    качестве    последствий   нарушения  запретов,  предусмотренных  рассматриваемым  Указом,  наблюдается  не  только  штраф  в  размере   30 базовых величин, но  и  возможность  при наличии умысла  взыскать   с каждой из сторон сделки все ими полученное по сделке в бюджет.       Доказательством  же  умысла  может  служить  сам факт нарушения  требований  Указа  №  373,  так  как каждый из белорусских субъектов  обязан  соблюдать  его  положения,  незнание  которых не освобождает  такой субъект от ответственности, предусмотренной законодательством.       Однако  изложенный  выше вывод может быть скорректирован в силу  положений  п.7  (а также п.6) Постановления № 26. Причем позиция ВХС  является  особенно  важной по причине  того,   что  в   соответствии   с п.2  ст.167 ГК требования об установлении факта ничтожности сделки   и  о  применении   последствий  ее  недействительности   могут  быть   предъявлены любым заинтересованным лицом; суд вправе применить такие   последствия по собственной инициативе.       Таким  образом,  несмотря  на  то  что  в отношении ничтожности  сделки  (по  сравнению  с  оспоримостью  сделки)  сделка  признается  недействительной  не в силу признания ее таковой судом, а независимо  от  такого  признания,  последствия  установления  факта ничтожности  сделки должны применяться именно судом.       Итак,  п.7  Постановления  №  26  предусматривает,  что сделка,  совершение  которой запрещено законодательством, будет ничтожной, но  лишь  при  условии,  когда  законодательством  не  установлены  иные  последствия   нарушения   законодательства.   А   в  п.6  указанного  Постановления  определено,  что  если законодательством за нарушение  установленных  требований  либо  за  совершение  сделки  в нарушение  запрета  установлена ответственность в виде штрафа, изъятия в бюджет  дохода  и  тому  подобное  (в  отношении одной или всех сторон такой  сделки),  то  наличие  таких  обстоятельств  следует  расценивать  в  качестве иных последствий нарушения. В статье же 169 ГК указывается,  что  сделка,  не  соответствующая  законодательству,  ничтожна, если  законодательный  акт не устанавливает, что такая сделка оспорима или  не  предусматривает  иных последствий нарушения. Основываясь на этом  положении, Пленум ВХС в Постановлении № 26 делает вывод, что если за  соответствующее  нарушение законодательства установлен штраф, то это  и  есть иное последствие нарушения, а раз так, то сделка не ничтожна  и к ней, естественно, не применяются последствия ничтожности сделки.       Аналогично    Пленум   ВХС  в  Постановлении  № 26 подходит и к   ст.170 ГК. Однако если в ст.169 ГК определено,  что  предусмотренные  законодательным  актом  иные  последствия нарушения приводят к тому,  что  сделку  можно  не  признавать  ничтожной  (т.е. она не является  ничтожной),  то в ст.170 ГК присутствует безусловное указание на то,  что   сделка,   совершение   которой   запрещено  законодательством,  ничтожна.       Таким  образом,  если  в  ст.169  ГК  действительно наблюдается  диспозитивность  подхода  законодателя  к  ничтожности  сделки, то в  ст.70  ГК  -  императивность. Однако Пленум ВХС занял иную позицию и  истолковал  ст.170 ГК (в рассматриваемой части) в полной аналогии со  ст.169   ГК.   Из  изложенного  можно  сделать  вывод,  что  сделки,  совершенные   в   нарушение  Указа  №  373,  могут  не  признаваться  хозяйственными   судами   ничтожными  и  соответственно  последствия  признания указанных сделок ничтожными не будут применяться.       Однако,  по  нашему  мнению,  не  стоит полностью полагаться на  такой  вывод как в силу того, что Пленум ВХС расширительно подошел к  толкованию положений ст.170 ГК, так и в силу того, что в Указе № 373  предусмотрена    административная    ответственность   руководителей  организаций  за  нарушение его положений, а  не  самих  организаций.   Из этого  следует,  что в  отношении  организаций  иные  последствия  нарушения  Указа № 373 не предусмотрены. А значит, применяется общее  правило   о   ничтожности   сделки   (в   отношении   индивидуальных  предпринимателей  второй  аргумент неприменим в связи с тем, что они  подвергаются административной ответственности лично).       В  заключение  хотелось  бы предостеречь хозяйствующие субъекты   от «видения»  возможных  «легких  последствий»  нарушения  положений    Указа № 373.       Также  отметим,  что  и  в  отношении штрафов за нарушение норм  Указа № 373 возможна вариативность. А именно при проведении проверки  штраф   может   налагаться  как  за  каждую  сделку,  совершенную  с  нарушениями  требований Указа № 373, так и в целом за все нарушения,  обнаруженные  в  ходе  одной  проверки. По какому пути пойдут органы  Комитета государственного контроля - покажет практика.     23.12.2005 г.     Ян Функ, кандидат юридических наук, доцент,   Председатель Международного арбитражного суда  при Белорусской торгово-промышленной палате     Журнал «Главный Бухгалтер. ГБ» № 48, 2005 г.     Для более детального изучения см.: 1. Комментарий                                     2. Комментарий                                     3. Комментарий                                     4. Комментарий                                     5. Комментарий     От редакции: С 1  октября  2006 г. в  подпункт  1.1  пункта 1  Указа  Президента Республики  Беларусь  от  15.08.2005  № 373  «О некоторых  вопросах   заключения   договоров  и  исполнения   обязательств   на  территории  Республики  Беларусь»  на  основании  Указа   Президента  Республики Беларусь от 24.08.2006 № 523 внесено дополнение.       С 3 ноября 2006 г. в Гражданский кодекс Республики  Беларусь от  07.12.1998  № 218-3  на  основании  Закона  Республики  Беларусь  от  20.07.2006 № 160-З внесены изменения и дополнения.